Ставка 14%: причины паузы и последствия для экономики

Ключевая ставка 14% задержится надолго. Банк России сохранил текущий уровень, сохранив нейтральный сигнал. Рынок отреагировал падением котировок акций и облигаций, так как риторика регулятора оказалась жестче прогнозов. Доходность десятилетних ОФЗ в районе 16% годовых теперь устраивает Минфин, что сигнализирует о сохранении жестких условий в ближайшие годы.

Противоречия в оценке инфляции

Регулятор повысил прогноз устойчивой инфляции с 4–5% до 5–6%. Это решение не подкреплено детальными расчетами. Центробанк объясняет ценовое давление топливным рынком и курсом рубля, однако статистика показывает сильную региональную неоднородность. В Крыму инфляция достигла 15% в год, тогда как в Москве она остается ниже 4% без учета эффекта НДС.

Разрыв в темпах роста цен между регионами сейчас максимальный с 2022 года. Пока эта волатильность не снизится, любые расчеты сезонно скорректированной инфляции по всей стране будут оставаться ненадежными. Текущее ускорение цен в продовольственном секторе вызвано логистическими проблемами и кризисом на рынке топлива.

Бюджет и корпоративные кредиты

Банк России фокусируется на дефиците бюджета, а не на его расходах. Дефицит растет на фоне слабого ВВП, хотя темп расходов консолидированного бюджета составляет около 10%. Основной прирост приходится на оборонный сектор. Рост корпоративного кредитования происходит одновременно с накоплением средств на счетах тех же компаний. Это перераспределение капитала, которое не создает избыточного спроса в экономике.

Попытки связать текущую инфляцию с низкой денежной массой 2016–2019 годов выглядят неубедительно. Тогда экономика имела другую структуру сбережений. Сейчас Москва концентрирует половину всех накоплений и кредитов. Высокая ставка в столице уже подавила инфляцию, несмотря на дефицит кадров и рост денежной массы. Действующая политика лишь перекачивает ресурсы в центр, снижая эффективность экономики в регионах.

Внешние факторы и производительность

ЦБ указывает на риски в Ормузском проливе как на проинфляционный фактор. При этом волатильность курса рубля игнорируется. Продажи валюты экспортерами сократились до 2 миллиардов долларов в месяц, что втрое меньше нормы, но регулятор не ограничивает собственные валютные операции.

Длительный период высоких ставок тормозит производительность труда. Доходы перетекают от реального сектора к владельцам депозитов и облигаций. За последние два года эффективность росла только в финансовом и государственном секторах. Доля финансовой отрасли в ВВП достигла рекордных 5,6%. Высокая прибыль банков позволяет им наращивать кредитование, но бизнес не может использовать эти деньги для развития из-за высокой долговой нагрузки. Такой дисбаланс только усиливает инфляционное давление.