Право на скорбь в Венесуэле без разрешения властей

После трагедии, вызванной землетрясениями, в условиях многолетнего авторитаризма право оплакивать свои потери, не спрашивая разрешения, — это не просто литературный образ. Это реальная необходимость иметь возможность искать близких, получать помощь, заявлять о злоупотреблениях, требовать информацию и восстанавливать жизнь без того, чтобы власть превращала человеческую боль в инструмент принуждения к послушанию.

Бывают моменты, когда жизнь целой страны замирает. В Венесуэле это происходит чаще, чем может вынести любое общество. Сегодня коллективная боль нации зависит от телефонного звонка, списка имен, фотографии в мессенджере или голоса, подтверждающего, что кто-то остался в живых.

Землетрясения 24 июня ударили по государству, которое уже было глубоко надломлено. Число погибших, раненых и пропавших без вести продолжает расти, как это всегда бывает в первые дни катастрофы. Однако очевидно одно: эта чрезвычайная ситуация возникла не в условиях нормальной жизни, а на фоне затяжного и сложного гуманитарного кризиса.

Безусловным приоритетом является спасение жизней, помощь раненым, обеспечение людей водой, едой и медикаментами. Но даже в такие моменты нельзя игнорировать политическое измерение: право на скорбь без цензуры. В авторитарном режиме это означает возможность искать родственника без запугиваний, фиксировать нарушения без страха преследования и организовывать помощь без риска быть признанным преступником. Боль не должна принадлежать государству.

Катастрофа поверх гуманитарного кризиса

В Венесуэле землетрясения не стали началом страданий, они их углубили. Стихия ударила по стране с разрушенной системой ЖКХ, ослабленными больницами, нехваткой продовольствия и массовой миграцией. Это не просто природное бедствие — это катастрофа в обществе, эрозия которого вызвана годами авторитаризма.

В условиях несвободы любые ЧП несут риск усиления репрессий. Режим может использовать чрезвычайное положение для милитаризации территорий, ограничения информации и преследования тех, кто сообщает о бездействии властей. На протяжении многих лет государство не только провоцировало кризис, но и криминализировало НПО, оказывавших помощь. Сегодня отсутствие этих организаций стоит жизней.

Контроль над помощью и правом на правду

В Венесуэле недостаточно просто фиксировать масштаб разрушений — необходимо следить за действиями государства. Важно знать, кто распределяет помощь, по каким критериям и под каким контролем. Прозрачность здесь — не роскошь, а единственная гарантия того, что ресурсы не будут использованы для политического манипулирования или не осядут в коррупционных схемах.

Право на скорбь — это также право на правду: возможность открыто называть имена жертв, публиковать списки пропавших, сообщать о коллапсе больниц. Без этого помощь превращается в инструмент зависимости, подобно тому как распределение продовольствия годами использовалось для контроля над населением.

Риски для детей и территориальный контроль

Особую тревогу вызывает положение детей. По оценкам, под угрозой находятся около 3,9 миллиона несовершеннолетних. В условиях разрушенных институтов и хаоса дети рискуют оказаться разлученными с семьями или стать жертвами сетей торговцев людьми. Защита детства должна быть в центре внимания с первых минут спасательных работ.

Кроме того, в пострадавших зонах фиксируется присутствие вооруженных группировок («колективос»), которые часто выступают инструментом запугивания со стороны государства. Их контроль над распределением помощи и территорией создает дополнительные риски для гражданского населения.

Память о трагедии Варгаса

Венесуэла уже проходила через подобное: трагедия в штате Варгас в 1999 году показала, как стихийное бедствие превращается в политическую арену. Уроки прошлого неутешительны. Дезорганизация, милитаризация ответа и использование суверенитета как предлога для отказа от международной помощи — эти проблемы актуальны и сегодня. Катастрофы начинаются не в момент землетрясения, а гораздо раньше — в отсутствии планирования и слабости социальных систем.

Миграция и международная реакция

Последствия землетрясения могут спровоцировать новую волну миграции. Если людям не гарантируют минимальные условия для выживания, они продолжат покидать страну. Более 8 миллионов венесуэльцев, живущих в диаспоре, сейчас переживают трагедию издалека, часто не имея возможности вернуться из-за отсутствия документов или страха перед режимом.

Несмотря на годы ксенофобии, с которой венесуэльцы сталкивались в других странах, нынешняя трагедия вызвала волну солидарности, особенно со стороны Колумбии. Соседи Венесуэлы не могут игнорировать этот кризис, так как его последствия неизбежно пересекут границы.

Гарантии вместо героического пафоса

Восстановление Венесуэлы не должно означать возвращение к тому состоянию, которое было до землетрясения, потому что «нормальностью» до этого была нищета и страх. По данным международных организаций, пострадать могли до 6,76 миллиона человек.

Право на скорбь без разрешения — это право на человечность. Это возможность искать своих, получать поддержку и восстанавливать жизнь, не превращая свое горе в акт повиновения власти.